2020 год. Их старший сын уже такой большой, он скоро пойдет в школу. «А может быть, еще один малыш?» – задумалась Анастасия. Муж поддержал.

Беременность протекала нормально. Настя хотела дочку, даже высчитывала по срокам зачатия определенный день. Теперь она точно знает: все это неправда, в ее животике вновь обосновался мальчишка.

Малыш на 10 баллов

В 2021 году на свет появился Матвейка. В роддоме малышу поставили 10 баллов по шкале Апгар, а это значит, что новорожденный находится в хорошем состоянии и не требует дополнительной медицинской помощи. Все было хорошо и после выписки Матвея и его счастливой мамочки домой. До полугода малыш развивался по возрасту: и головку стал уверенно держать, и на ручки опираться.

«В 6 месяцев мы стали замечать, что ребенок плохо переворачивается, совсем не ползает и не садится, забеспокоились и обратились в поликлинику к неврологу. Врач сказала, что нормой считается начать ползать и садиться до 9 месяцев. Она попросила нас преждевременно не волноваться и прописала пропить «Пантогам». Мы четко выполнили рекомендации специалиста, пропили препарат, ждали – ничего не изменилось. Следующим нашим шагом стала запись к неврологу, но уже в другой, платной клинике. Тогда у Матвея появился диагноз – задержка моторного развития. «Ничего страшного, нагоним!» – подумали мы, и понеслось: физио, массаж, озокерит, уколы для стимуляции развития мозга. Время шло, но по-прежнему ничего не менялось».

Важным временным отрезком в жизни Матвея стал год и 2 месяца. Мама и малыш, перебирая массажистов, случайно попали к мануальному терапевту (костоправу). Через две недели Матвей сел, начал ползать, а следом и вставать, ходить вдоль дивана – это была его настоящая победа. В то же время родители продолжали выполнять рекомендации невролога: каждый месяц ребенок пил препараты для развития мозга, проходил процедуру обкалывания головы, микрополяризации мозга, БАК-терапию.

Годы боли и слез

В 2 года Матвей начал уверенно ходить. Он мог преодолевать большие расстояния, ему это нравилось, он беззаботно веселился на улице, рвал цветы, нюхал. А потом – как будто большой шаг назад.

«Ему было тогда 2 года и 7 месяцев. Он перестал ходить на улице, просто наотрез отказывался, садился, истерил, боялся ямок, белых полос на асфальте. Мы думали, что просто капризничает, это пройдет, но ситуация не менялась. Через 2 месяца сделали электроэнцефалографию. Она показала 90 % эпиактивности. Запись к эпилептологу, 3 месяца АВА-терапии – лучше не стало. Другой эпилептолог назначил противосудорожные препараты. Через месяц случился первый эпилептический приступ, который сняли только в больнице. Через полгода он повторился вновь. Обследования мы проходим постоянно. Следующее ЭЭГ показало, что эпиактивность снизилась до 50 %. Но на вопрос, почему тогда случаются приступы, врач ответил: «Не знаю». Через 2 месяца у Матвея по ночам стали случаться простые судороги без потери сознания. Это было все чаще и чаще, а потом и каждую ночь. Ребенок плачет по ночам от нестерпимой боли, а я от бессилия, не понимая, чем я могу ему помочь. Мы узнали про невролога в Москве, которая специализируется на лечении судорог. Поехали в столицу, пролечились 2 недели, и следом новая победа: Матвей начал ходить на горшок и говорить некоторые слова. Мы вернулись домой, продолжая лечение и обследование. Очередные анализы показали, что в организме ребенка вирус. Начали лечение, но в это время судороги участились, доходило до трех приступов за ночь – таблетки мы пить перестали. Из-за постоянных приступов по ночам он и днем стал ходить шатаясь. В саду стали говорить, что малыш очевидно плохо себя чувствует, просили забирать домой. В итоге в сад мы ходить перестали».

Появилась надежда

Сейчас у Матвея диагноз – задержка психоречевого развития. Ему 4 года, он говорит отдельные слова, пока не все, плохо ходит, на ступеньки, например, без поддержки ему не зайти, с детьми не играет, часто нервничает. Накануне Нового года, перерыв массу информации, папа мальчика случайно нашел в Интернете статью о клинике в Китае. Государственный госпиталь в г. Далянь специализируется на лечении таких случаев.

«Мы даже узнали, что одни знакомые несколько лет назад там наблюдались, им очень помогло. В итоге решили: надо ехать. Мы связались с больницей, нам пообещали полную диагностику и стабилизацию состояния. Это были долгие переговоры, мы переживали, что на том конце Мировой паутины могут оказаться мошенники. Сейчас мы настроены решительно. Для того чтобы Матвей начал приобретать новые навыки, необходимо, чтобы приступы отступили. Мы уже заказали в клинике препараты стоимостью 50 000 рублей. Их хватит на два месяца, придется дозаказывать, потому что их необходимо будет пить три месяца, вплоть до госпитализации. Все эти годы мы справлялись сами, но сейчас нам в кратчайшие сроки необходимо собрать огромную сумму, которую нам уже не потянуть. Именно поэтому мы вынуждены были открыть сбор. Примерная сумма – 1 200 000 рублей. Сюда входят перелет, проживание, обследование, лечение и реабилитация. Почему примерная? Потому что она может меняться в зависимости от курса юаня. Чем скорее мы соберем деньги, тем раньше сможем зафиксировать стоимость».

Любая возможность, любой шанс на нормальную жизнь – родители готовы дать ребенку все. Сейчас он по ночам продолжает плакать от боли, а днем познает мир. Игрушки ему не интересны, а вот техника, пылесосы, утюги без его внимания не остаются. Он очень любит порядок, у каждой вещи есть свое место, и Матвей это прекрасно знает. Если мама берется готовить, маленький помощник тут как тут. Каждый день в его лексиконе появляются новые слова, он старательно повторяет то, что слышит от взрослых. Он очень любит сладости, но теперь ему их нельзя – мальчик на определенной диете.

«Я никогда не была активным пользователем соцсетей, но искренне верю в силу информационной поддержки. Чем больше человек узнает о нашей истории, тем больше шансов, что Матвейка перестанет страдать, судороги уйдут, он будет просто жить, как самый обычный мальчик».

Связаться с мамой Матвея можно по телефону 8-950-261-3913, Анастасия Сергеевна.

Автор: С. Пышина